Грех искажает понимание того, что добро и сладость, а что есть зло и горечь

Несмотря на естественное стремление людей к наслаждениям, счастью, добру и т.п. зачастую, в истинном добре они видят горечь, а в пороках – сладость и счастье.

Инок Агапий (Грешников спасение, ч.1, гл.32): «… Даже при самых высоких почестях мирские помыслы суетны, а несчастья полны боли. Всякая человеческая радость исполнена скорби; а если кто из людей благополучен, то хотя малая скорбь, но мучит его. Так что великая ошибка и заблуждение, о человек, что полную несчастий жизнь ты жаждешь и считаешь сладостной и приятной. Увы, невежеству твоему, что ты столько лет служишь и покоишься в ней, а не знаешь о ее смертельном вреде и Грех искажает понимание того, что добро и сладость, а что есть зло и горечь опасности! Ты, как тот больной, которому ненавистна хорошая и полезная пища, и он выбирает вредную и бесполезную, потому что желудок его поврежден, неприятны ему и целебные травы, — а потому он в смертельной опасности. Так же мало надежды на того, кому не нравятся Божественные слова Христа, живые и сладостные, но он обращается к вредной и горькой пище мира. Так неблагодарные евреи, когда Господь их питал небесным хлебом, ругали Моисея, вожделея недостойной пищи египетской».

Иннокентий Херсонский (О грехе и его последствиях): «Поскольку же в настоящем состоянии нашем порок бывает часто сладок, а добродетель - напротив горька, то человек, жаждущий блаженства, потому самому Грех искажает понимание того, что добро и сладость, а что есть зло и горечь и устремляется к пороку - сладкому, и отвращается добродетели – горькой».

Приведем самый простой пример: страсть чревоугодия или блуда очень нравится людям, а добродетель телесного воздержания представляется очень тягостной и неприятной. Или, например, обиженному грешнику тяжело простить обидчика, но легче пребывать в ссоре или отомстить, или человеку легче ходить на рынок или увеселительное мероприятие, чем прийти в храм.

При этом у нас, грешных, не исполняющих заповеди и не живущих по добродетелям всегда найдутся какие-то оправдания, почему мы не поступаем так, как сказано в законе Божием. Такими самооправданиями мы обманываем других и себя. Вот как говорит свт. Платон о том, как Грех искажает понимание того, что добро и сладость, а что есть зло и горечь грешник обманывает сам себя в отношении добродетелей и пороков.

Платон Митр. Московский (Слово на воздвижение честнаго Креста): «Человек никогда не творит зла, разве прикрыв оное видом какого-нибудь мнимого добра. Ибо зла в самом зла виде представляемого человеческое сердце всегда отвращается и ужасается. … Почему бедный грешник, когда приступает творить грех, должен наперед самого себя обмануть, якобы он, творя грех, делал какое-либо добро. Лукавствует, например кто и лицемерит: лукавство и лицемерие есть зло: но представляет оное себе под видом добра: поскольку воображает то быть надежным для себя средством, вкрасться кому-нибудь в любовь, и чрез то получить себе Грех искажает понимание того, что добро и сладость, а что есть зло и горечь какие-либо выгоды. Грабит другой и похищает: грабительство и хищение есть зло: но представляет оное себе под видом добра, поскольку воображает то быть надежным средством доставить себе корысть и умножить имение, и чрез то дни свои препроводить в удовольствии. Лжет иной: лож есть зло: но он сим средством думает удостоверить другого, и чрез то что-нибудь получить, или прикрыть какой либо свой стыд, и тем не допустить худому о себе быть мнению. Сладостраствует кто: сладострастие есть зло: но он представляет его себе средством, доставляющим удовольствие его чувствам, и приятным для тела. Вот как бедный человек сам себя обманывает! …Но не меньше или Грех искажает понимание того, что добро и сладость, а что есть зло и горечь и горестнее обманывает себя человек, когда добра не творит потому, что он представляет его себе под видом зла. Убегает он, например, труда: труд есть добро: но он его представляет себе средством, истощающим его силы и помешательством в неге и гулянии. Не хранит воздержания. Воздержание есть добро: но он представляет, что лишится чрез то веселостей в мыслях, и должен остаться в скуке и унынии. Не говорит он правды: правда есть добро: но почитает он, что говоря правду, потеряет дружбу, и возбудит против себя других ненависть и злобу. Не ходит он на словословие Божие: сия должность христианская есть свята: но он Грех искажает понимание того, что добро и сладость, а что есть зло и горечь представляет, что то время препроводить или в сборище веселом, или в купле и работе, более принесет ему удовольствия или корысти. Вот как бедный человек себя обманывает!».



Заметим и то, что истинные христиане видят сладость в одном, а грешники – в другом.

Иннокентий Херсонский (Беседы на Рождество Христово, Слово в день Рождества Христова): «…что для благочестивого составляет наслаждение, например, молитва, пост, хождение во храм, посещение темниц и прочее, то в человеке чувственном производит тягость и скуку. И, наоборот, в чем грешник находит отраду для бедной души своей, то для человека добродетельного составляет нередко предмет отвращения».

Итак, что нам Грех искажает понимание того, что добро и сладость, а что есть зло и горечь, грешным, кажется благом и счастьем, то поистине сопровождаются печалями и заботами. И наоборот, благо и счастье, которое предлагает Бог, нам кажется тяжелым и нерадостным. Но истина, которую мы часто не воспринимаем, четко говорит следующее:

Симеон Новый Богослов (Слова, сл.58): «…блага мира сего обыкновенно сопровождаются печалями и трудами, мучительными и болезненными, а та жизнь, коей живет кто в Боге: беседует с Ним и созерцает неизреченные оные блага, превосходит всякое блаженство и есть выше всякой славы, счастья, радости и утешения, поскольку есть выше всякой чести, всяких утех и всех видимых благ настоящей жизни».


documentaallkgn.html
documentaallrqv.html
documentaallzbd.html
documentaalmgll.html
documentaalmnvt.html
Документ Грех искажает понимание того, что добро и сладость, а что есть зло и горечь